back home about my self back 2 manuscripts bedside table humor as it is and here we sing
i love work
i'll get mail

parnas: veverlei
Гомер
Данте
И.А. Крылов
Н.А. Некрасов
Валерий Брюсов
К.Д. Бальмонт
Александр Блок
Андрей Белый
Анна Ахматова
Владимир Маяковский
Осип Мандельштам
Демьян Бедный
Н. Тихонов
Эдуард Багрицкий
Борис Пастернак
Александр Твардовский
Владимир Луговской

СОБАКИ
КОЗЛЫ

H.А. Некрасов


Вот что мне рассказал мой попутчик,
мой случайный знакомый на миг,
отставной лейб-гвардеец поручик,
седовласый почтенный старик:

"Нынче что? Нынче рай и приволье:
дресмашины у вас, бункера,
все толкуете - пар, многополье.
Не такая бывала пора.

Жил в деревне Отрадной помещик,
Варсонофий Петров Веверлей.
Ну и был, доложу я Вам, лещик,
вряд ли было в округе лютей.

Только слышишь: в колодки злодеев,
на Камчатку сошлю, засеку.
Ну, и много ж засек Аракчеев
на своем на злодейском веку.

Вечно пьяный - страдал, вишь, от жажды, -
вечно фляжку с собою имел.
Вот пошел он купаться однажды,
ну, а плавать-то он не умел.

Подошел он к пруду; шаровары
снял и на берег лег отдохнуть
(с тела был он сухой и поджарый,
заросла волосами вся грудь).

Полежал он в мечтательной неге,
встал и тело обрызгал водой,
отошел с три шага и с разбегу
прямо в воду нырнул головой.

Затянуло беднягу в пучину,
над водой только ноги видны.
Кто опишет тоску и кручину
Веверлеевой бедной жены?

А любила ж его Доротея,
а за что - не пойму до сих пор.
Как узнала - помчалась скорее,
дрожь в руках и взволнованный взор.

Прибежала на пруд и узрела -
пара ног над водою торчит.
И старушечье дряхлое тело
превратилось мгновенно в гранит.

До сих пор в деревеньке той дальней
видят ноги и белый скелет".
Так закончил рассказ свой печальный
мой знакомый и вышел в буфет.

1867 г.

(А. Финкель)


parnas: veverlei
about my self back 2 manuscripts bedside table humor as it is here we sing
i love work
i'll get mail